Многие москвичи привыкли думать, что в регионах царит сплошной упадок. Я давно не был в Удмуртии и совсем не ожидал здесь увидеть новенький Свято-Михайловский собор. Прежнее здание в 1937 году постигла печальная участь Храма Христа Спасителя в Москве – оно было разрушено. Но в 2004 г. на том же месте заложили еще один собор и построили его всего за три года.
Но все же главная цель моего визита – поближе познакомиться с промышленностью Ижевска, в частности, с оборонным гигантом «Ижмаш», продукцию которого меня приучали любить в армии сильнее собственной девушки.
Еще в 1941 году центр производства стрелкового оружия разместили на восточной окраине Ижевска, на территории площадью 96 гектаров – для понимания, это вдвое больше Ватикана, ну или половина европейского княжества Монако. Мощности «Ижмаша» простираются до горизонта.
Наверно некоторые будут удивлены, узнав, что «Калашниковы» собираются вручную. С одной стороны, скептикам легко посетовать на недостаток автоматики. Но это не помешало «Ижмашу» за последние 60 лет произвести 50 млн автоматов.
Это только кажется, что работа течет неспешно. В лучшие годы «Ижмаш» выдавал по 95 автоматов в час. Вот этими самыми руками!
Ствол соединяется с цевьем. Сотрудник в синем комбинезоне признался мне, что хотя для выполнения этого нехитрого действия существуют специальные инструменты, он иногда обходится обычным молотком. Но такое могут себе позволить только настоящие гуру, у которых рука не дрогнет.
Детали проходят обработку. Сегодня завод тестирует два вида нанопокрытий – одно из них предотвращает коррозию, второе снижает трение в подвижных механизмах, чтобы перезаряжать было легче. Все это со знанием дела поведала мне строгая женщина.
Работник собирает ствольную коробку и вставляет в нее затворную раму – в первый раз для этого требуется ручная регулировка. Обратите внимание, что перед нами
вполне еще молодой человек. Мифы о старении кадров развеивает и следующая фотография.
Эта милая девушка закручивает все винтики, когда механизм уже отрегулирован специалистом вручную. В конструкторском центре «Ижмаша» сейчас работает 15 студентов.
К предмету, уже достаточно похожему на оружие, на финальных этапах прикрепляется приклад – с легкой руки безобидной «хозяюшки», которую легче представить на молочной ферме, нежели в сборочном цехе оборонного завода.
И вот оружие в руках бывалого труженика. Он пережил не только одного генсека и трех президентов, но и нескольких директоров завода. О предыдущем — Владимире Гродецком, который проработал до 2010 года — отзывается неодобрительно. Говорит, что основная разруха пришлась именно на него: завод лишился многих площадок, а зарплату не платили по полгода.
Его слова подтверждает контролер качества сборки. По ее словам, только за последние полтора года ситуация на «Ижмаше» начала выправляться. Сегодня средняя зарплата – 16 тысяч рублей. При Гродецком она была на уровне прожиточного минимума — 5–6 тысяч рублей. И даже такие мизерные деньги приходилось ждать месяцами."
Эта сотрудница – что-то вроде финального проверяющего. От ее мнения зависит, покинет ли оружие цех или отправится на доработку. Коллеги ждут вердикта с замиранием сердца.
Я тоже
Последние штрихи нанесены – стволы отполированы до блеска. Теперь «Ижмаш» может показывать товар лицом. Экспортные контракты всегда помогали предприятию держаться на плаву даже в самые тяжелые годы – продукция завода поставляется в 27 стран мира. Сейчас крупную партию АК могут закупить индийцы. Но они хотят, чтобы автоматы имели сменные стволы и стреляли патронами разного калибра. «Ижмаш» готов эти требования выполнить. Предлагаю игру: давайте сосчитаем количество стволов на тележке.
Руководитель «Ижмаша» Максим Кузюк покорил меня уже тем, что позволил беспрепятственно войти к нему в кабинет и сфотографировать за работой. Я не выдержал и спросил, правда ли, что предприятие может закрыться. Кузюк ответил цифрами: после того, как «Ижмаш» перешел под крыло госкорпорации «Ростехнологии», выручка повысилась на 40% по сравнению с 2010-ым, зарплата выросла на 21%, а некоторые конструкторы получают бонусы 50% от оклада. Разве это похоже на умирающий завод? По-моему он даже был немного обижен.
По этой юной работнице тоже не скажешь, что она работает на депрессивном производстве. Она занимается гравировкой на оружии, то есть отвечает за эстетическую составляющую производства. Воевать или охотиться тоже надо с душой.
Я попросил что-нибудь написать на память, и студентка за 10 минут выгравировала на кусочке железа названия месяцев.
А вот каких профессиональных высот она когда-нибудь достигнет, если будет много практиковаться и учиться
Перед тем, как оружие продавать, его нужно испытать. Мой ровесник Александр Иванович большой авторитет в этой сфере. Можно сказать, что на проверках автоматов Калашникова он собаку съел – за долгие годы не пропустил ни одного бракованного образца
«Калаш» в огне не горит и в воде не ржавеет. Сначала Иванович основательно мочит автомат под искусственным дождем
Потом морозит в условиях, которых и врагу не пожелаешь
И нагревает его в печке
Но на этом мучения АК не кончаются – в финале ему предстоит от трех до пяти раз с размаху шмякнуться о бетонную плиту. И после всего этого оружие стреляет как ни в чем не бывало! Если в 2012 году случится все-таки конец света, и через пару-тройку веков наши потомки откопают в районе Ижевска Калашников, им нужно быть осторожными – ведь он все равно останется в рабочем состоянии.
И после всего этого оружие стреляет как ни в чем не бывало! Если в 2012 году случится все-таки конец света, и через пару-тройку веков наши потомки откопают в районе Ижевска Калашников, им нужно быть осторожными – ведь он все равно останется в рабочем состоянии.
В общем, от проведенного на заводе дня я получил массу удовольствия. На «Ижмаше» я встретил много улыбающихся людей, притом что я не президент и не министр – для меня никто потемкинских деревень не выстраивал.
